Подготовлено Premiera
Поссорившись с молодым Кащеевичем, строптивая дочка Бабы - Яги бежит из родного леса и попадает в квартиру сказочника Зябликова. По доброте душевной она дарит ему шапку - невидимку, избавляющую от мук творчества.
Подготовлено Premiera
Вспоминая «Она с метлой, он в черной шляпе», многие воспринимают его как один из легкомысленных советских фильмов — дескать, очередная комедия с волшебными атрибутами. Однако мне этот фильм всегда казался чем-то гораздо более личным и в то же время универсальным: не столько сказкой для детей, сколько историей о взрослении в самом неожиданном его виде.
Мы привыкли видеть Бабу-Ягу и Кащей бессмертного как часть фольклорной галереи, но здесь внезапно появляется юная героиня с метлой наперевес и внутренним бунтом, который ничуть не чужд зрителю уже взрослеющему. Убегая из родного мира и сталкиваясь с бытом обычного человека, она прежде всего принимает саму себя, а не только учит Зябликова творить — и именно этот мотив делает фильм актуальным даже сегодня.
Не так часто встречаешь классическую семейную сказку, которую можно посмотреть легально и бесплатно — да ещё в официальном качестве. Сейчас «Она с метлой, он в черной шляпе» играет прямо на странице.
Это действительно редкость для советских фильмов: не надо долго искать, листать сомнительные варианты — включайте и смотрите в достойном качестве прямо здесь.
Часто зритель акцентирует внимание на волшебной гостье — и упускает из виду фигуру сказочника. Я рискну сказать: Зябликов здесь не просто второй план.
Он единственный, кто действительно проходит путь — от косного, закомплексованного неудачника до человека, принимающего и свои слабости, и чужую странность. Возможно, всё волшебство картины — это его внутренний конфликт и победа над самим собой, а не эффект присутствия магии в кадре.
Я бы хотел спросить у вас: почему сегодня «Она с метлой, он в черной шляпе» смотрится иначе, чем 20 лет назад? Для части зрителей это уже ностальгия по временам сказочных VHS, но ведь картина оживает совершенно по-новому, если взглянуть на неё не с позиции семьи и детства, а сквозь призму поиска себя.
Подмечаете ли вы этот мотив? Или для вас история так и осталась забавной фантазией на фоне магических шапок и ворчащих родственников?