Подготовлено Premiera
Флоренция, середина XVIII века. Веселая, разбитная хозяйка маленькой гостиницы решает проучить спесивого и дерзкого дворянина — женоненавистника. Обольстив старого холостяка, она затем выставляет его на посмешище, а сама решает, наконец, выйти замуж — разумеется, за другого…
Подготовлено Premiera
Если рассказывать о «Хозяйке гостиницы» честно, это вовсе не простаивая советская адаптация знаменитой пьесы Гольдони, а тонкая и местами весьма дерзкая комедия об отношениях, в которых женщина оказывается куда изобретательнее мужчин. Меня всегда привлекал тот лёгкий вызов, который героиня бросает устоявшимся обычаям — и как мало изменилась суть споров о гендерных ролях за двести с лишним лет.

Просмотр этого фильма на нашем сайте оборачивается вдвойне выигрышным. Во-первых, качество официальной версии — никакой потери звука или изображения: вы вполне можете устроить себе вечер классики без раздражающих технических помех.
Во-вторых, удобно, что картина играет прямо на странице — без назойливых сервисов и поиска пираток.
Порой кажется, что на экране — не романтическая сказка, а скрытая сатира на тот патриархат, в который и сегодня погружён мир. Мирандолина ведёт мужскую игру, но играет по собственным правилам: она использует свою привлекательность, лёгкость и наблюдательность — но не для брака или выгоды, а из желания доказать собственную свободу и уязвимость мужчин, привыкших считать себя сильнее.
Задумывались ли вы, что Мирандолина в «Хозяйке гостиницы» — вовсе не центр мироздания этой истории? Я склонен думать, что вся конструкция фильма построена вокруг страха одиночества: героев влечёт не сексуальность и не игра статусов, а поиск хоть какого-то подтверждения собственной значимости.
Дворянин женоненавистник, придумавший себе броню из иронии, оказывается более ранимым, чем сама хозяйка.
Долгое время верил, что эта история — о ха-ха над глупым мужланом и эффектной мести женщины. Потом пересмотрел взгляд: разве не моральный урок здесь куда глубже, чем открывает нам финал?
Возможно, фильм Названова предлагает вообще не смеяться, а видеть в поступках героев отражение поиска человеком своего места — и осмеливается задать вопрос о вашей роли в вечной игре притворства и самоуважения.